Литовского военного украинцы бросили в мясорубку: выбраться удалось спустя 4 месяца

В Украине некоторые бригады сталкиваются с проблемами дезертирства и командиров, напрасно расходующих жизни солдат. В этом убедился и один литовский доброволец, который утверждает, что его отправили удерживать безнадежную позицию на фронте, а отступить оттуда ему удалось лишь спустя почти четыре месяца, проведенных в пещере высотой полтора метра.

«Я хочу, чтобы это изменилось, — говорит Линас Люткявичюс, объясняя, почему решил поделиться этой историей со СМИ. — Я не дискредитирую украинскую армию — я хочу, чтобы она работала так, как должна работать».

Эти переживания были продиктованы не только условиями боевых действий. Случай Л. Люткявичюса выявляет системную проблему в украинских рядах — местами преобладающую некомпетентность командиров, отправку неподготовленных мобилизованных на позиции для затыкания дыр и многомесячное пребывание на передовой.

«Когда я служил во 2-м иностранном легионе с первыми украинцами, командиры вытаскивали [погибших], занимались минированием, а здесь командиры сидят в 15 километрах от нуля и говорят: потерпи, воды не будет», — рассказывает Линас.

С Линасом Люткявичюсом журналисты встретились в больнице в тылу, где ему проводили многочисленные обследования из-за ранений, полученных за эти месяцы. Не все детали его рассказа LRT может независимо подтвердить, однако Л. Люткявичюс поделился более чем 100 видеозаписями и фотографиями, подтверждающими многие из упомянутых им фактов.

Его опыт отражают и многочисленные похожие или практически идентичные истории на других участках фронта, где солдаты также критиковали командиров. О подобных случаях в подразделении Л. Люткявичюса ранее LRT сообщил один из не связанных с ним источников.

Опрошенные LRT ранее в этом году командиры других подразделений также подтвердили, что история Л. Люткявичюса отражает и другие известные им случаи.

«Говорили — на две недели, отвезли на инструктаж, а там — сказки и пустые слова. Сказали: доходите до позиций, закрепляетесь, вводим других ребят, выводим вас. Максимум — две недели, потом будем менять каждые десять дней. Я был настроен, что это продлится месяц.

Мы должны были обеспечить им [другой команде] путь назад, но никакой дороги назад никто не открыл. Туда бросали и бросали людей, люди там погибали и погибали. Ими просто затыкали [бреши]. Всего вывели четыре позиции, а их там около 30. Я пробыл пять месяцев, а есть те, кто [находится] 12 месяцев и больше», — рассказывает Л. Люткявичюс.

«На следующий день мы выехали. Меня оставили с украинцем, остальных ребят отправили дальше. Их разбомбили, парни погибли, а нас кормили обещаниями: вывезем завтра, вывезем завтра», — говорит он.

После уничтожения линии обороны под позициями они выкопали два, как выражается Линас, «убежища-пещеры», соединенные туннелем.

На позициях он находился с сентября 2025 года по февраль этого года. На присланных видеозаписях видно, как он топит снег, пытаясь добыть воду, и как дождь затапливает окоп. По его словам, как минимум один раз несколько дней стоял густой туман. Тогда дроны не летают, и обе стороны используют это время для логистики и ротации бойцов. Однако их всё равно оставили на позициях.

Оставшись с одним сослуживцем, они по несколько раз в день подвергались российским штурмам или попыткам проникновения.

«Наших пещер не было видно — ни с воздуха, ни сбоку. Русские приходят, стоят прямо над входом в твою пещеру. По рации говорят, что ничего сделать нельзя: здесь всё разбито, идём дальше. Они тоже идут закрепляться. И так по 2–3 группы в день. Либо ты их убиваешь, либо сообщаешь операторам дронов — и те их уничтожают, — говорит Линас Люткявичюс. — Операторы дронов работали очень хорошо».

Он рассказывает, что однажды они даже взяли в плен российского командира.

«Всё произошло быстро, нас штурмовали. Мы их остановили и взяли в плен их командира. Он жил вместе с нами два с половиной месяца», — добавляет Линас Люткявичюс, показывая фотографию задержанного российского военного.

Подобные истории, когда взятые в плен российские солдаты продолжают жить рядом с украинцами, фиксируются и на других участках фронта.

Подталкивает к дезертирству

Линас Люткявичюс начал службу в Украине ещё в 2023 году, а в 60-ю механизированную бригаду, входящую в состав 3-го штурмового корпуса, пришёл в 2024-м.

LRT связалась с пресс-службой 60-й бригады, однако даже после повторных запросов ответы на вопросы там не предоставили.

Тяжёлые условия на фронте широко обсуждались в Украине после того, как в апреле распространились фотографии истощённых тел бойцов 14-й бригады, которые провели многие месяцы в условиях, схожих с теми, о которых рассказывал Линас Люткявичюс.

24 апреля командиров бригады отстранили от должностей, обвинив в сокрытии реальной ситуации на фронте и плохом обеспечении военных, а 30 апреля главнокомандующий ВСУ Александр Сырский издал приказ, согласно которому бойцы не могут находиться на позициях без ротации более двух месяцев.

Однако многомесячная служба — это не только следствие некомпетентности командиров или нехватки снабжения. Сейчас одной из самых опасных задач на фронте является путь к позициям и обратно.

В так называемых «зонах убийства» всё в радиусе 20–30 километров от позиций противника находится под наблюдением и подвергается атакам дронов. Логистические цепочки разрываются, боеприпасы и другое снабжение доставляются наземными роботами или тяжёлыми дронами, а эвакуировать раненых нередко удаётся только при помощи тех же роботов. Из-за этого — или, как выразился один из военных в комментарии для портала «The Kyiv Independent», из-за безразличия командования к жизням солдат — многие бойцы дезертируют.

Новый министр обороны Украины Михаил Фёдоров ранее заявлял, что власти будут изучать опыт тех бригад, где уровень дезертирства особенно высок, а также тех подразделений, где бойцы выживают и добровольно идут служить.

По данным «The Kyiv Independent», документировавшего подобные случаи, дезертирство и большие потери чаще всего вызваны некомпетентностью командиров, «билетами в один конец» и перебоями со снабжением.

«Командиры рот и взводов, общавшиеся с „The Kyiv Independent“, говорили, что часто пытаются сопротивляться приказам, которые считают бессмысленными, однако в конечном итоге всё равно отправляют солдат на задания, когда высшее командование требует удерживать позиции любой ценой», — писал портал в начале года.

К началу года число людей, самовольно покинувших подразделения в Украине, превысило 200 тысяч, заявил в январе министр обороны Михаил Фёдоров, а около 2 миллионов мужчин уклоняются от мобилизации.

По словам опрошенных LRT командиров, подобные переживания, как у Линаса Люткявичюса, частично и приводят к такой ситуации. Из-за этого нередко до половины мобилизованных и распределённых в подразделения мужчин так и не доходят до поля боя, сбегая ещё до окончания обучения.

Как подчёркивали все опрошенные военные, включая самого Линаса Люткявичюса, ситуация далеко не во всех украинских подразделениях одинакова.

После этого опыта Линас Люткявичюс решил перейти в другую бригаду, однако спустя некоторое время вернулся в Литву, где продолжает лечение.

«Из меня сделали ноль, — сказал он. — Я вернусь. Прежде всего — из-за [пропавшего литовского военного] Гедиминаса, а потом — ради Литвы».